О, вау. Уже эта тема выросла в нечто действительно особенное.
Избирательный мутизм - это состояние, с которым я боролся всю свою жизнь. Я всегда хотел выразить, каково это - жить с этим опытом и как он влияет на истинного меня, воспринимаемого другими. Я надеюсь, что поделившись этим, я освобожусь.
СМ определяется как неспособность говорить в определенных ситуациях. Желание говорить есть. Иногда слова появляются мысленно, но не совершают путешествие к рту, а затем в воздух. Они остаются подвешенными внутри, где их никогда не услышат — но не по выбору.
Попытаться говорить в этих обстоятельствах — всё равно что у вас гадко вырвали голос. Думайте, маленькая русалочка без своего голоса. Итак, вы можете кивать, пожимать плечами, пытаться внутренне заставить слова вырваться наружу, но они просто не могут быть выражены. Итак, с СМ стратегия совладания — просто хранить молчание.
С детства до молодых лет я хранил молчание в любой ситуации. Я мог говорить, но не стал бы, за исключением нескольких избранных непредвзятых, не осуждающих людей.
По иронии судьбы, будучи взрослым, я люблю говорить перед толпой, делиться своими чувствами или интуицией и заниматься коучингом. У меня нет проблем с такими ситуациями. Иногда у меня бывают случайные сбои здесь и там в определенных категориях, но в основном я испытываю социальную тревогу в неформальной социальной обстановке.
Это привело людей к тому, что они воспринимают меня как тихого, застенчивого, грубого, высокомерного, странного, оторванного от реальности, не имеющего много чего сказать, когда на самом деле я совсем другой, и под поверхностью у меня целый вулкан слов и выражений.
На самом деле, я смелый и добрый, выразительный, увлекательный и заинтересованный, с желанием заниматься импровизацией, петь громко и быть замеченным. Я хочу быть глупым в социальных ситуациях и шутить. Я экстраверт, который любит заводить новые, гармоничные связи. Я бы хотел регулярные ужины и сделать жизнь о том, чтобы иметь реальные, обогащенные социальные связи.
Размытый через призму селективного мутизма, для мира я замкнутый, одинокий волк, дружелюбный сосед, которого вы не знаете за пределами ежедневного приветствия и улыбки, молчаливый, нежный и поэтому иногда мишень.
Сидение с энергией того, что происходит, когда возникает SM, приводит к тяжести в социальной коммуникативной части мозга. Запертая дверь, или, может быть, даже просто стена. Я сидел перед ней, чтобы увидеть, изменится ли она. Она высокомерна и отказывается сдвинуться с места.
Это вызывает проблемы. Когда тщательно выученные реакции на стресс не подходят точно к ситуациям, я оказываюсь в трудном положении. Я научился заставлять себя выйти из тишины и молчания — редкий опыт с СМ. Моя бедная нервная система — и следую сценарию, когда не могу говорить. Я остаюсь вежливым, чтобы поддерживать разговор «идущим» и отклонять вопросы. Я отличный задающий вопросы. Но это устаревает. Это остается формальным. И истинная, желаемая связь не устанавливается. Я остаюсь неизвестным.
Иногда человеку удается проскользнуть мимо этой непроницаемой стены и каким-то образом получить моментальный доступ к месту, секретному для других. Подайте сигнал: «У вас есть действительно глупая, смешная сторона. Вам следует показать это большему количеству людей.»
Как бы ни были ободряющи эти слова, их получение вызывает чувство тревоги.
Пока остается желание общаться социально, а также страх осознания того, что социальное общение в конечном итоге приводит к потере слов, что приводит к потере лица перед людьми, которые не понимают и не будут знать почему. Часто именно здесь начинаются проекции.
Иногда кажется невозможным подойти к группам. Как можно выступать и говорить за неуловимое, иногда присутствующее состояние, которое лишает слов, с помощью которых можно выразить себя?
Жизнь с СМ - это одинокое существование, которое я больше не принимаю и с которым борюсь, чтобы его разрушить. Но это трудная битва.